[НТС] [Архив]

“Многополярность” – это ответственность, а не игра в “Цивилизацию”

Примечание: в данном материале автор не предлагает ограничить суверенитет России или иным образом ограничить ее самостоятельность, но считает необходимым подчеркнуть, что повышение чувства реальности и включенности в контекст современных международных отношений нашей стране не помешают.

Слова “геополитика” и “национальные интересы” стали сейчас столь же часты в публицистике, как недавно “духовность” и “нравственность”, и значат, в сущности, почти тоже самое: отстаньте от нас с вашими поучениями, мы и сами с усами. Если попытаться пересказать дилемму, перед которой оказалась наша страна столь же просто, как некогда была объяснена суть монетаризма (“Дорогой, или больше зарабатывай, или меньше пей” – молва приписывает эти слова Е.Гайдару), то получится следующая картина. Некий юноша пошел по скользкой дорожке, вошел в группировку, получил несколько судимостей (одна другой хлеще), но затем – уже зрелым мужем – решил “завязать”. Отрыл “кубышку”, завел свое дело – авторемонтную мастерскую, женился. На расширение дела одолжил у соседа-банкира. Правда, банкир (допустим, баптист или кальвинист – не суть важно) оказался хоть и не скуп, но строг – поскольку, дескать, не в его правилам ссужать деньги атеистам (по его представлениям – людям безнравственным и необязательным), то нашему герою теперь приходится хоть изредка, но – в лучшем костюме – “конкретно” вышагивать по дороге, которая ведет к храму. Оно и респектабельней, и кредит улучшает. Другой же его сосед – изрядно помятый жизнью – остался верен блатной стихии. В свое время то же был в “моталке”. Но – конкурирующей. Ранее, выходит, почти смертельный враг, пару раз даже резались не на шутку. Но, во-первых, кто старое помянет... Во-вторых, с ним можно “оттянуться по пиву” и “побазарить по понятиям”. Так, что сплошная диалектика: либо надежный кредит и осточертевшая ханжеская благопристойность, либо суровая романтика буден (в духе “Джентльменов удачи”) – украл, выпил, сел.

Чем больше мы будем закатывать “блатные истерики”, что нас “не держат за сверхдержаву”, и для куража “пальцевать” на все четыре стороны – тем больше от нас будут шарахаться. Что бы не говорили дипломаты – Запад создаст свою систему ПРО с упором на космическое базирование. Это было предопределено в тот день, когда Индия и Пакистан дружно вошли в число ракетно-ядерный держав. (Кстати, в “клуб великих” это их не вкючило). Северокорейские ракетные испытания ситуацию только усугубили. Правители свободного мира просто не имеют права – перед своими согражданами и налогоплательщиками – оставить свои страны беззащитными перед лицом появления все новых малопредсказуемых режимов с оружием массового уничтожения. Тем более, когда российский истеблишмент кокетливо заигрывает с агрессивным и эксцентричным иракским режимом и Ираном, только-только ставшим отходить от исламско-революционной романтики. Вели бы мы себя умней и – с нашими продвинутыми разработками в космической и лазерной областях – “срубили” бы положенные миллиарды долларов на заказах при создании глобальной ПРО “северного мира”. Не хочется даже бередить душу, упоминая сколько мы потеряли, отказавшись от перспективы вписаться в натовскую систему стандартизации вооружений. Но наш новый правящий слой – амальгама коррумпированной бюрократии, монополистического капитала и боссов организованной преступности – приложивший столько энергии, чтобы не пустить серьезных западных инвесторов в страну (так оно вышло все расхватать куда дешевле), не меньше усердствует в политической самоизоляции. Будто персонажи технотриллеров Клэнси, наши “горчаковы” предпочитают играть в стратегические кубики, нанизывая страны на эфемерные оси.

Если главное наша надежда – возможность трансъевроазиатского транзита, то самоубийство, непрерывно шантажируя мир “красно-коричневой угрозой”, сея нестабильность и раздувая “управляемые” (в терминах Говорухина-мл. – “коммерческие”) конфликты, вынуждать окружающих строить обходные пути. Если главная угроза нашей безопасности – перенос окрестных этнических и конфессиональных конфликтов на нашу территорию, то самоубийство разрушать суровый монополярный порядок. В монополярном мире кровавый и иррациональный диктатор не имеет право создавать оружие массового уничтожения, а границы – табу. В “многополярном мире” – как это было во времена Священного союза или Ялты – мы были бы обязаны гарантировать стабильность в своей сфере влияния: в “духовноблизкой Сербии” и на прилегающем к нам Среднем Востоке. Это мы должны были пресечь появление все новых косовских “самашек” (традиционно для России мирно – кротким братским увещеванием), это мы должны были внятно объяснить Багдаду, что тратить скудный гуманитарный минимум на производство антракса – простой ай-яй-яй, как не хорошо. Но мы решили, что многополярность – это не тяжелая ответственность за свой “полюс”, а веселая сумятица непрерывно перетасуемого российского госаппарата, где так увлекательно ловить золотую рыбку в мутной воде, но при этом все съедает – смелый.

Когда отечественная дипломатия радостно взрывала “монополярный” мир, можно было предполагать, что ей известно: гордое звание “сверх- (или просто – великой) державы” предусматривает известную ответственность. 7 лет назад мы были безусловным локомотивом демократии и рыночных реформ в СНГ. Мы не захотели оставаться лидером общечеловеческих ценностей на постсоветском пространстве и променяли это на отвратительную дрязгу с Украиной (в результате – у нас ни Крыма, ни Севастополя, ни – толком – флота, один “дырявый” газопровод). Мы предали таджикских демократов, а теперь трясемся перед талибами. Вместо того, чтобы стать гарантом мира и безопасности в отведенной нам сфере влияния – СНГ – и заслужить звание ответственной региональной державы, мы приложили неимоверные усилия, чтобы дестабилизировать Закавказье, национал-демократов первой волны сменить там на бывших членов политбюро (почему-то считая, что они будут придерживаться пророссийской позиции), и те сколотили антироссийский и прозападный блок внутри самого СНГ. Все это делалось под знаком торжества “национальных интересов”. И теперь мы – еще недавно любимцы и баловни Европы – выглядим прокаженными: нам кидают пайку, но одновременно обносят забором. Впрочем, явная маловменяемость наших “элит” – тема отдельная (и печальная).

Не будем занимать газетное место на доказательство того, что именно из региона, лежащего к югу от границ СНГ исходит основная угроза мировой нестабильности: посолонь – начиная от недалекого конца КНДР и до недалекого начала палестинской и курдской государственностей. Вряд ли стоит тратить силы на обоснование того, что и даже и куда менее демократичный, чем нынешний, режим в России не заставит НАТО предпринимать вооруженное вмешательство. Если же волна народного гнева (или/и слабоумные придворные интриги) занесет в Кремль бесноватого харизматика, то честь и слава грядущему российскому фон Штауффенбергу.

Полвека назад перед правящим слоем Западной Германии тоже стоял нелегкий выбор. “Национальномыслящие” (все больше ветераны войск СС, руководители “Гитлерюгенда”, спецы ведомства Геббельса и представители ранее опального штрассеровского уклона – читатель сам найдет параллели с отечественными институциями) вовсю отстаивали “народную самобытность”, кляли американский диктат (навязывающий “чуждую немецкому духу” либеральную демократию) и требовали “перестать каяться” и “клеветать на честных солдат”. Их было много – от экстремистских кружков до статусных правых либералов, они пронизывали своими тайными и явными союзами весь истеблишмент и были очень влиятельны. Победи они, и сегодня разделенная, отсталая, авторитарная и озлобленная “национальная Германия”, окруженная настороженными, вооруженными до зубов соседями, утешалась бы лишь грезами о возрождении IV Райха. Западно-Германская демократия избрала (честно скажем – под мощным давлением западных союзников – сперва оккупантов, затем партнеров по НАТО) иной путь – Аденауэр не боялся не только реформ Эрхарда или атлантизма, но и “перекаяться”. Итог – ФРГ реализовали “Немецкую идею”: Единая Германия мирно стала политическим, экономическим и идеологическим центром все более консолидирующей Западной Европы и эталоном для Европы Восточной. При этом оставаясь демократической, федеральной и социально-рыночной страной. Путь к национальному воссоединению вернее шел от варшавского коленопреклонения Брандта, чем от погони за собственной бомбой.

.

[НТС] [Архив]