Съезд Совета НТС 09-14.07.56 | Сборник решений Совета НТС (1946-57)

[Совещание Совета НТС 7 марта 1956 г.] [НТС] [Документы НТС] [Библиотека НТС] [Резолюции НТС] [Содержание] [Историческая справка] [Совещание Совета НТС 25-26 октября 1956 г.]

СЪЕЗД СОВЕТА НТС
9-14 июля 1956 г.

Сообщение Председателя Союза

9—14 июля с. г. состоялся съезд Совета Союза, на котором были выслушаны и обсуждены доклады: 1. О положении на Родине и нашей стратегии. 2. Об общих стратегических и других проблемах нашей оперативной пропаганды. 3. Об общей схеме нашей дальнейшей работы в иностранном мире. 4. О практических проблемах нашей работы в иностранном мире. 5. О структурных переформированиях я связи с новыми задачами. 6. О наших кадровых ресурсах и их мобилизации в свете предстоящих задач.

Кроме того, были выслушаны информации и решены организационные вопросы: А. П. Столыпин (избранный а январе с. г. Председателем Высшего Суда Совести и Чести) освобожден от обязанностей Председателя Идеологической Комиссии Совета, каковые возложены на А. Н. Артемова.

Совет вынес резолюцию “Политическая обстановка, власть и правящий слой, народ и революционные силы после XX съезда КПСС”, которая публикуется в прессе.

РЕЗОЛЮЦИЯ СЪЕЗДА СОВЕТА НТС
“ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА, ВЛАСТЬ И ПРАВЯЩИЙ СЛОЙ, НАРОД И РЕВОЛЮЦИОННЫЕ СИЛЫ ПОСЛЕ XX СЪЕЗДА КПСС”

ВЛАСТЬ И ПРАВЯЩИЙ СЛОЙ

1. “Культ личности”

Коммунистические диктаторы выступили на XX съезде с осуждением Сталина, своего вождя и учителя. Люди, которые вместе со Сталиным создавали коммунистический режим, которые всеми силами поддерживали Сталина, энергично проводили в жизнь его преступные замыслы, пытаются теперь свалить на него всю ответственность. Более того, в своем постановлении от 30 июня с. г. ЦК партии пытается свалить вину на народ, утверждая, что народ якобы поддерживал Сталина, создавал “культ личности”. Этим коммунистические диктаторы показывают свою трусость и свое циничное отношение к народу.

Коммунистические диктаторы хотят весь произвол и бесправие, царившие в сталинские времена, объяснить личными качествами Сталина. Но эта уловка не поможет. Фиговым листком “культа личности” нельзя скрыть тот факт, что в течение десятков лет силами коммунистической партии творились те преступления, в которых сейчас обвиняют только Сталина, Ежова и Берия. Нельзя скрыть тот факт, что коммунистическая партия и её “ленинское ядро”, которое, по заявлению ЦК, все время существовало, не воспрепятствовали “культу личности”, всем кровавым его проявлениям.

Идея диктатуры пролетариата неизбежно вырождается в диктатуру партии над пролетариатом. Диктатура партии закономерно вырождается в диктатуру вождя над партией. Логическим завершением однопартийной диктатуры является единоличная диктатура. Сталинская диктатура была не случайным явлением, а органической частью коммунистической системы. Коммунистические диктаторы, разоблачая сталинскую диктатуру, тем самым разоблачают коммунистическую систему, разоблачают самих себя.

Они стали на путь саморазоблачения по необходимости. Борьба в правящей верхушке, начавшаяся в день смерти диктатора, шла в течение трех лет и ускорила процесс разложения власти. К XX съезду правящая верхушка пришла раздираемая противоречиями, изолированная не только от народа, но и от партийных масс.

В этой обстановке у коммунистических диктаторов было два пути: установить единоличную диктатуру или разделить власть с партийным активом, с партией. От первого пути они отказались: каждый из них лично боялся произвола нового диктатора, а все вместе они боялись остаться один на один с народным возмущением. Они выбрали второй путь.

Еще накануне XX съезда они колебались. Вся кампания по разоблачению сталинской диктатуры развернулась на самом съезде, в жестокой борьбе между главными конкурентами из президиума ЦК за приобретение популярности в партии.

Так было принято решение найти опору для власти в самой партии, прежде всего, в партийном активе. Для него, в первую очередь, и сделаны разоблачения Сталина.

Коммунистические диктаторы говорят только о тех преступлениях сталинского периода, которые касаются членов партии. Они умалчивают о миллионах жертв, понесенных народом, умалчивают о преступлениях коллективизации и массового террора, а проливают слезы над палачом сибирского крестьянства Эйхе и чекистом Рудзутаком.

Поэтому они не публиковали речь Хрущева, произнесенную 25 февраля с. г. на закрытом заседании XX съезда, предназначенную для “своих”. Народу коммунистические диктаторы боялись сказать то, что сказали партийному съезду.

Каковы же итоги “преодоления культа личности” на XX съезде?

Во-первых — дробление власти, ведущее к дальнейшему ослаблению и разложению тоталитарного режима.

Во-вторых, — удар по престижу коммунистических диктаторов, которые были активными соучастниками преступлений сталинского периода.

В-третьих, — дискредитация коммунистического режима, допустившего двадцатилетний произвол “маньяка” Сталина и “империалистических агентов” Ежова и Берия.

2. “Идейный багаж” власти

Идея абсолютного властвования (идея вождя), идея мировой революции (силой штыков) и идея неограниченного господства над экономикой страны составляли основу коммунистической диктатуры сталинского периода. Дискредитация Сталина, отказ от “культа личности” полностью скомпрометировали идею вождя. Общее ослабление власти вынудило коммунистических диктаторов свернуть знамя мировой революции, объявить на XX съезде лозунг о “мирном сосуществовании” теоретическим положением и выдвинуть тезис о “разнообразии путей перехода стран к социализму”. Эта подмена основной стратегической идеи конъюнктурными идейками показывает принципиальную несостоятельность коммунизма и организационное расползание единого руководства коммунистическим движением. Нет даже фальсифицированного “Краткого курса истории партии”, нет коммунистической концепции советского периода истории, нет теоретического обоснования диктатуры и дальнейших путей коммунизма. Тоталитарное управление нашей страной окончательно выродилось в неприкрытый произвол, а вмешательство КПСС в дела заграничных компартий окончательно выродилось в подрывную деятельность в иностранном мире.

XX съезд решил создать очередной идеологический суррогат, штамп, “идеологический эталон” на основе “ленинского наследства”. Эта попытка будет бесплодна, т. к. “ленинское наследство” насыщено противоречиями и было создано для условий, которые безвозвратно ушли в прошлое, а основным методом “идеологического творчества” остается фальсификация. Новые догмы и судорожное цепляние за “прогрессивность” не спасут коммунизм от старческой немощи. “Идейное творчество” коммунистических диктаторов сводится к оплевыванию одного покойника и к попыткам воскресить другого.

3. Неустойчивость власти

Власть балансирует между двумя опасностями: истребление “коллективного руководства” новым диктатором или фракционный распад его расширяющейся базы.

Неустойчивость власти неустранима. Фракционная борьба внутри властвующего ядра партии перешла в перманентное состояние. До XX съезда президиум ЦК удерживал в своих руках безраздельную власть. Однако он оказался вынужденным искать опору в активе партии и разделить с ним власть. Это неизбежно приведет к включению партийного актива во фракционную борьбу, что вызовет дальнейшее ослабление диктатуры.

Неустойчивость власти определяет и ее внешнюю политику: усиленную пропаганду “мирного сосуществования”, культурное и экономическое наступление, особенно на нейтралистский лагерь. Главная цель этой политики — добиться повышения своего престижа в стране. Для проведения этой политики коммунистические диктаторы не жалеют народных средств, поставляя по демпинговым ценам оборудование и оружие, заключая невыгодные торговые договоры, устраивая помпезные приемы знатным и незнатным иностранцам.

4. Правящий слой

Все основные решения на XX съезде приняты под знаком обороны от народного возмущения и революционного напора. Они вынуждены существующей в стране революционной ситуацией. Задача обороны от революционных сил господствует над главнейшими стратегическими решениями коммунистических диктаторов. Этой же задаче подчинен план мобилизации правящего слоя, превращения его в контингент людей, способных самостоятельно и инициативно, на всех участках, бороться с революционными силами. Главное решение XX съезда — попытка опереться в борьбе за сохранение коммунистической диктатуры на правящий слой и противопоставить его революционным силам.

В ленинский период правящий слой рекрутировался, главным образом, из идейных единомышленников. Репрессии по отношению к нему, как правило, не допускались. Для коммунистической диктатуры сталинского времени характерно недоверие к правящему слою, распространение на него действия органов террора. На XX съезде коммунистические диктаторы отказались проводить в отношении правящего слоя политику террора и стремятся возродить в нем те качества, которыми обладал партийный актив в ленинские времена. Однако с тех пор идеи коммунизма давно утратили свою силу и вхождение в партию во времена единоличной диктатуры обуславливалось бюрократической неизбежностью, заложенной в структуре советского строя. Сейчас партия состоит из аппаратчиков-исполнителей и бесправной партийной массы. Теперь партию хотят превратить в правящий слой, с небольшим процентом рабочих и крестьян, которые будут играть исключительно декоративную роль.

Формирование правящего слоя не является ни новым, ни неожиданным в коммунистическом государстве. Правящий слой, в процессе своего становления, тем не менее, приобретает в нынешней обстановке, вместе с гарантиями и привилегиями, новое значение в политической расстановке сил.

Согласно замыслу власти, правящий слой, выйдя из-под произвола органов террора, должен стать, совместно с этими органами, основной полицейско-реакционной опорой коммунистического режима.

5. Противоречия в правящем слое

Правящий слой, по мере привлечения его к соучастию во власти и по мере дальнейшего своего расширения, сталкивается с проблемой ответственности, которая неизбежно расслоит его.

Одна его часть, игнорируя народ, будет эгоистично добиваться от власти еще больших гарантий и привилегий для себя, стремиться закрепить свое положение правящего слоя и оставить нетронутым основной фундамент режима.

Другая часть будет добиваться от власти реформ и постепенной эволюции коммунистического режима к некой форме правового государства, которая в идеале часто приближается к одному из вариантов западноевропейского социализма. Эта часть не приемлет замысла “идеологического эталона” и надеется на изменение самих основ коммунистического режима. Боясь потрясений и революции, особенно в ее классической форме, желая сохранить свое привилегированное положение, эта часть правящего слоя, однако, понимает, что вырвать реформы у власти возможно лишь при нарастании революционной ситуации. Отсюда — ее политическая слабость, обусловленная страхом перед новым укреплением коммунистических диктаторов, с одной стороны, и страхом перед революцией, с другой.

Таким образом, план власти по мобилизации всего правящего слоя на борьбу с революционными силами наталкивается на противоречия в самом правящем слое и не может быть реализован. Провести силами правящего слоя решительное наступление против революционных сил не удастся. Объективно, в своем развитии этот план не только не содействует конечной цели власти — снятию революционной ситуации, но, наоборот, обостряет её.

Дальнейшее становление и развитие правящего слоя неизбежно повлечет за собой углубление противоречий в нем. Приведет к выявлению тех политических течений, которые рано или поздно должны будут обратиться за поддержкой к народу.

НАРОД И РЕВОЛЮЦИОННЫЕ СИЛЫ

1. Революционная ситуация

Состояние власти и положение правящего слоя нельзя рассматривать в отрыве от политической обстановки в стране. Политическая обстановка в стране характеризуется, прежде всего, активизацией всех слоев народа, повышенным интересом к переживаемым страной событиям.

Несмотря на ряд уступок власти и обещаний дальнейших уступок, революционная ситуация не только не спала, но продолжает нарастать, прежде всего, в форме все новых и новых требований к власти от всех слоев народа.

Революционная ситуация в коммунистическом государстве, в отличие от революционной ситуации в демократических, правовых странах, не только не ослабляется уступками власти на экономическом фронте, но, наоборот, нарастает, в силу несравненно большей связанности экономики и политики при тоталитарном режиме, чем это имеет место при правовом строе. При тоталитарном режиме политическая власть и вся экономика находятся в одних руках, что неизбежно превращает экономическую борьбу в борьбу, по существу, политическую.

Революционная ситуация на данном этапе проявляется не только в форме нарастающих требований к власти, но и в открытых манифестациях (Тбилиси, инциденты во время приезда Тито, Калининград и др.), демонстрирующих падение престижа власти. Это показывает, что процесс ослабления власти вызывает бурно протекающее освобождение народа от страха перед нею и ее органами террора. Одновременно усиливается страх коммунистических диктаторов перед народом.

2. Отношение народа к власти

Неразрешимые противоречия между интересами власти и народа остаются. Они определяют отношения между народом и властью как неизменно враждебные.

Неистребимая воля народа к свободе выражается как в форме стихийного, неорганизованного сопротивления широких масс, так и в форме все расширяющейся революционной борьбы за полное устранение коммунистической системы и установление правового строя.

Революционные силы организуют, направляют и идейно вооружают народ в его борьбе за права и свободу.

Наряду с этими силами, в результате ослабления и разложения коммунистической власти, на арене борьбы возникает новое явление — явление реформизма.

3. Реформизм

Обещания и уступки власти, ее лихорадочные обращения к правящему слою (речь Хрущева, ставшая, помимо воли власти, известной народу) способствуют развитию нескольких течений реформизма в стране.

1. “Пассивный реформизм” — ожидание реформ от власти на основании, главным образом, надежд, вызванных обращением власти к правящему слою и ошибочно воспринимаемых как перспектива для всего народа. Это течение, основанное на “ожидании милостей” от власти, объективно тормозит развертывание борьбы и поддерживает на данном этапе коммунистическую диктатуру. Оно неизбежно пойдет на убыль по мере выяснения необоснованности надежд.

2. “Активный реформизм” — стремление путем давления на власть, прежде всего на фронте экономической борьбы, вынудить реформы, улучшающие положение народа. Это течение не ставит задачей изменить основы режима. По мере нарастания борьбы на экономическом фронте, это течение объективно станет попутчиком, хотя и не всегда сознательно, революционных сил.

3. “Радикальный реформизм” — требование коренных, последовательных изменений, ведущих к правовому строю эволюционным путем. Это течение, по мере нарастания революционной ситуации, объективно станет союзником революционных сил в общей борьбе за единые конечные цели.

Эти течения реформизма уже сейчас находят свое отражение в жизни страны.

У одних это выражается в пассивном ожидании, в надеждах на проведение властью “реформ сверху”, которые якобы поведут к существенному улучшению положения народа.

У других это выражается в самостоятельных попытках добиться улучшения своего положения в рамках существующей системы путем нарушения отдельных ее элементов (увеличение приусадебных участков, личное предпринимательство, превышение норм владения скотом, находящимся в индивидуальном пользовании и т. п.).

У третьих это выражается в попытках подорвать основы режима, что проявляется, главным образом, в идейной и культурной жизни. Они используют для этого легальные возможности критики, научных дискуссий, художественного творчества, выходя за рамки цензуры (статья Померанцева в “Новом мире”, выступления юристов в “Государстве и праве”, дискуссия об истории России в “Вопросах истории” и т. д.).

Дальнейшее развитие реформизма влияет на формирование общественного мнения в стране. Становление открытого и полуоткрытого общественного мнения будет стимулировать более тесное соприкосновение реформистских течений с революционными силами.

По мере расширения возможностей легальной борьбы появится опасность разжижения революционного движения потоком реформизма, что может привести к ослаблению позиций революционньпс сил. Власть и часть правящего слоя будут стремиться втянуть активные массы народа на путь пассивного реформизма. Осознание широкими слоями народа того, что и неустойчивость власти, и возникновение возможностей легальной борьбы обусловлены только наличием достаточно сильного революционного движения и его дальнейшим развитием — устранит эту опасность и будет привлекать все новые слои народа к участию в революционном движении или его поддержке.

4. Уступки власти и новые возможности борьбы

Власть делает частичные уступки и маневрирует, рассчитывая успеть укрепить свои позиции, опередив рост революционного движения. У народа открылись возможности для развития легальных и полулегальных видов борьбы (экономической, бытовой и др.), вынуждающей коммунистических диктаторов к дальнейшим частичным уступкам и отступлениям. Эти уступки, в свою очередь, ведут к еще большему ослаблению и дезорганизации власти.

Уступки власти, вызванные давлением народа (сокращение рабочего дня, закон о пенсиях, расширение прав колхозников и т. п.), являются половинчатыми, неудовлетворяющими народ; их закрепление ничем не гарантировано, и нередко они лишь оформляют то, что вырвано народом.

Все возвещенные властью в последнее время организационные мероприятия (децентрализация управления промышленностью, пересмотр методов планирования, административно-структурные изменения и т. д.) не дают ощутимых результатов в повышении производительности труда и эффективности системы в целом, т. к. они не затрагивают порочньтх основ этой системы. Поэтому все обещания коммунистических диктаторов существенно повысить материальный уровень жизни народа — нереальны.

В большинстве случаев уступки сопровождаются попытками нажима, наступления на народ в других направлениях (сокращение рабочего дня — повышение норм выработки; расширение прав колхозников — сокращение приусадебных участков и т. п.). Кроме того, власть пытается вносить в них элементы, которые, по её замыслу, должны вызвать расслоение и взаимную вражду в народе (например, власть пытается делить колхозников на “радивых” и “нерадивых”). Всё это не удовлетворяет народ и способствует дальнейшему расширению борьбы против власти.

5. Революционное движение и его союзники

Обстановка, сложившаяся после XX съезда, открывает перед революционными силами новые возможности. Раньше широкие слои населения, скованные гипнозом страха, как правило, опасались активно выступать в защиту своих прав. Революционное движение в то время было единственным фактором, организованно выражавшим стихийное недовольство населения. Ныне на арену борьбы с режимом выходят новые факторы, не ставящие перед собой революцию непосредственной целью, но, тем не менее, союзные революционному движению. Это — радикальные реформисты; это также многочисленные группы народа, организованно борющиеся за удовлетворение и расширение своих экономических прав.

Появление этих новых факторов отнюдь не меняет конечных целей революционного движения. Наоборот, дальнейший количественный и идейно-политический рост революционного движения, постоянное и последовательное стремление к революции необходимы для развития и становления союзных ему факторов.

6. Новые методы борьбы власти против революционного движения

Рост революционного движения и его влияние в стране вынуждают и будут вынуждать власть не ограничиваться в борьбе с революционным движением террором, клеветой, замалчиванием и провокацией. Наряду с этими, старьтми, методами, власть попытается применить новые методы борьбы:

извращение идеологических основ и политических целей революционного движения (что уже имеет место);

выдвижение властью нескольких своих кандидатур на одно место при выборах в советы (от районных до верховных), что, по расчету власти, даст населению видимость свободного избрания и тем самым ослабит революционную ситуацию;

представление с этой же целью декоративным представительным органам большей свободы обсуждения второстепенных мероприятий правительства. Возможно даже, что власть пойдет на обманный отказ от однопартийной системы и на искусственное создание, якобы, независимых от КПСС партий или псевдо-общественных организаций, с целью отрыва народных масс от действительного представителя их интересов — революционного движения.

7. Задачи революционного движения в новой обстановке

Новая обстановка ставит перед революционным движением дополнительные задачи:

значительно шире, полнее и интенсивнее, чем до сих пор, раскрывать свою идейно-политическую сущность, укрепляя и развивая свой моральный и политический авторитет; идейно вооружать и политически направлять союзные факторы и все те проявления общественно-политической жизни, которые ускользают из-под контроля власти;

содействовать дальнейшему расслоению, ослаблению и разложению правящего слоя; находить в его среде попутчиков, а также и возможных союзников освободительного дела; политически изолировать ту его часть, которая стоит на позициях безусловной поддержки режима;

своевременно указывать народу на все методы борьбы власти с назревающей революцией, раскрывая их подлинную сущность и показывая их конечную несостоятельность;

использовать вновь открывающиеся организационные возможности, связанные с легальной и полулегальной борьбой народа;

превращать выступления на экономической почве в выступления политические, вооружая борющихся политическими идеями и лозунгами, призывая их выставлять максимальные требования (подобно тому, как поступили польские революционеры в Познани);

также использовать и антиправительственные уличные демонстрации (Тбилиси, Калининград и др.), независимо от того, какими причинами они вызваны;

продолжать организацию подпольных революционных сил на основе молекулярного принципа, остающегося действительным и в новой обстановке;

применительно к новым условиям, политически формулировать и выдвигать конкретные требования отдельных слоев или групп населения;

выступать и с позиций государственного фактора, что обязывает не только к критике негативной, но и критике конструктивной: выдвижение и популяризация необходимых мер, обусловленных народными потребностями (при существующем режиме эти меры либо не проводятся вовсе, либо, будучи правильными сами по себе, проводятся в уродливой форме или неполноценно);

усилить использование технических средств советского государства — его типографских, газетных предприятий, его средств связи и иных материальных ресурсов на нужды революционной борьбы;

организовать сборы средств среди населения на освободительную борьбу революционных сил.

Ослабевающая и вырождающаяся власть добровольно не уйдет; она не прекратит угнетения и эксплуатации народа; защищая себя от неизбежной гибели, она будет прибегать к самым низким и жестоким методам борьбы против народа и его революционных сил. Но не задушить коммунистическим диктаторам дело Свободы!

Остерегая себя и всех своих союзников и друзей от вступления на путь развязывания страстей, путь разрушения, мести, сведения личных счетов, неоправданного насилия, вдохновляясь светлым будущим Родины и народа, во имя Правды, Справедливости и Свободы, поднялись мы на борьбу.

Сильные правотой нашего дела, доверием и поддержкой народной, вместе с народом идем мы по трудной дороге испытаний, жертв и борьбы. Вместе с ним мы победим!

14 июля 1956 года

Совет Национально-Трудового Союза
(российских солидаристов)

“За Россию” № 7—8 (184), Июль—Август 1956 г.