[Съезд Совета НТС 31 января - 5 февраля 1973 г.] [НТС] [Документы НТС] [Резолюции НТС] [Библиотека НТС] [Содержание] [Съезд Совета НТС 1-6 февраля 1974 г.]

СЪЕЗД СОВЕТА НТС
28–30 сентября 1973 г.

Сообщение

28–30 сентября 1973 года состоялся очередной съезд Совета Союза. В работе съезда, наряду с членами Совета, приняли участие некоторые члены Руководящего Круга Союза, по приглашению.

Съезд выслушал и обсудил следующие сообщения:

1. О работе над проектом нового текста Программы НТС (доклад А. Н. Артемова).

Совет ознакомился с ходом обсуждения Программы, вынес предварительные решения по ряду узловых программных вопросов и поручил Программной комиссии представить окончательный проект нового текста к следующему съезду Совета.

2. О положении в СССР и о нынешней фазе внешней политики КПСС (доклад Р. Н. Редлиха).

Совет выработал и утвердил особый документ – Резолюцию о мире (публикуется в прессе).

3. Об усилении работы по материальному обеспечению Союза и его деятельности (доклад Е. Р. Романова).

Совет одобрил мероприятия Исполнительного Бюро, намеченные в этой области.

Помимо того, члены Совета рассмотрели вопрос о расширении состава Совета и пересмотре Положения о выборах в Совет. Окончательное решение по этому вопросу отложено до следующего съезда Совета.

РЕЗОЛЮЦИЯ СОВЕТА НТС:
О мире

I

Для современного человечества мир так же неделим, как неделима свобода. И, выговаривая слово “мир”, следует иметь в виду не отсутствие войны и не отказ от применений силы, но признание общих для всех обязанностей и прав, позволяющих регулировать политические отношения между людьми и народами.

Руководство КПСС не признает таких прав. Советская политика разрядки международной напряженности построена на так называемом “ленинском принципе сосуществования государств с различным общественным строем”. При этом подразумевается сохранение собственного политического строя при неизменной враждебностью к чужому.

Руководство КПСС стремится избежать военного столкновения и извлечь из обмена с некоммунистическим миром максимальные экономические и научно-технические выгоды, при этом
не допуская ослабления своей политической, экономической и идейно-культурной монополии;
противодействуя любому “антикоммунизму” и “антисоветизму” как внутри, так и вне страны;
помогая всем “прогрессивным движениям”, то есть всему, что направлено на разрушение некоммунистической государственности.

Такое “мирное сосуществование” означает одностороннее продолжение так называемой “холодной войны”, сопровождаемое требованием к противнику – не сопротивляться.

Ясно, что таким, идеальным для КПСС, путем история развиваться не может. Независимо от политики правительств, торговый и научно-технический обмен влечет за собой контакты между людьми, не собирающимися подчиняться ленинским правилам игры, а обмен идеями, отнюдь не всегда устраивающими коммунистическое руководство, и сближение, даже ограниченное, способствуют процессам конвергенции. Экономическая и научно-техническая необходимость властно диктует именно конвергенцию, указывая на нее как на единственный полноценный и мирный выход из политического кризиса. Каждому мыслящему человеку ясно, что подлинный универсальный мир на основе универсального права может быть достигнут только на этом пути, что экономическое и техническое сближение сопровождается интеллектуальным и духовным сближением, что обмен товарами не обходится без обмена идеями.

Поэтому диктуемый с партийных позиций произвольный отбор желательного-нежелательного и попытки дозировать степень сближения неизбежно наталкиваются на стихийную тенденцию выхода за рамки дозволенного и превышения заданной дозы, а это каждый раз вызывает испуг у дозировщиков. Борьба между силами охранительными, догматическими и силами, склонными пойти на уступки естественному развитию, есть неизбежное следствие внутренней противоречивости всей советской “программы мира”. Борющиеся силы не образуют постоянных фракций только потому, что расхождения между ними суть расхождения лишь в степени и дозировке.

II

Политическая стратегия свободного мира, – если можно вообще говорить о ней, – практически была до сих пор зеркальным отражением политики КПСС. В этой стратегии отсутствие войны так же признается равнозначным миру, а определение обязанностей и прав гражданина – внутренним делом каждой суверенной державы.

Всеобщая декларация прав человека остается в этих условиях чисто теоретическим документом, а политика демократических государств, лишенная идейного единства и стратегической целенаправленности, превращается в нестройную смесь из остатков трумэновской доктрины сдерживания и неоправданных авансов, выданных советскому правительству. Выданных в надежде на то, что экономическое отставание само по себе убедит советских руководителей в необходимости пересмотреть свой социализм на основах свободы и права.

III

В мировом общественном мнении в последнее время наметился, однако, перелом.

Процесс Якира–Красина и подписи видных деятелей советской науки и культуры под газетными осуждениями Сахарова обнаружили перед всем миром, что политическая стратегия КПСС включает в себя:
неизменность методов подавления любых форм оппозиции внутри страны,
неизменность воли к сохранению однопартийной диктатуры,
неизменность идейной и политической враждебности к некоммунистическому миру.

Внешние проявления этой враждебности временно смягчаются лишь в расчете на получение весомых экономических и научно-технических выгод.

Очевидные промахи судебной расправы над Якиром и Красиным, а еще больше мужественные выступления Солженицына, Сахарова, Максимова, Галича, Шафаревича, Подъяпольского и многих других обнаружили, однако,
что движение за демократизацию жизни в России не сломлено и возглавляется ныне людьми не только высочайшей моральной стойкости, но и государственного масштаба и мировой известности,
что, начавшись как борьба за права человека в рамках советского строя, движение это обратилось к проблемам и заботам общегосударственного значения,
что в России обнаружилась и проявляет себя новая сила, понимающая, что путь к миру лежит через нравственное и политическое возрождение.

Реакция людей доброй воли в ведущих демократических странах на эти факты была однозначной. Особенно в тех кругах, которые возлагали необоснованные надежду на политику “разрядки напряженности”, полагая, что она поведет к расширению интеллектуальных свобод, и увидели, что советское правительство использует эту “разрядку” для подавления и зажима прежде всего именно этих свобод.

Ведущие нравственные и политические силы демократии, очевидно, начинают понимать,
что устами Солженицына и Сахарова с ними говорит непокоренная живая Россия,
что так называемое “мирное сосуществование” в формах, диктуемых КПСС, есть не только предательство русской свободы, но и самоубийственное введение у себя атмосферы лицемерного ослепления, самообмана, мифотворчества и активной несвободы,
что ведение демократических свобод в России есть единственная реальная гарантия вступления нашей страны на путь мирного процветания и соблюдения заключаемых ею договоров.

IV

Выдвинутые Сахаровым требования интеллектуальной свободы и конвергенции политических систем на основе их демократизации суть неотменимые условия полноценного, устойчивого мира. Его действия в обстановке тоталитарной государственности – образец поведения человека, ставящего духовные ценности выше личного благополучия. Его мужество, проявленное не в делах войны, но в деле мира, указывает людям единственный путь подлинного сосуществования. Именно эти соображения и чувства лежат в основе многочисленных предложений кандидатуры Сахарова на Нобелевскую премию мира.

Предлагаемая вожаками КПСС “программа мира” должна быть отброшена и заменена программой устойчивого мира как целого на основе свободы и солидарности. Взаимовыгодный эгоистический обмен товарами и услугами должен сопровождаться незаинтересованным альтруистическим обменом идеями и культурными ценностями. Желание избежать войны должно переродиться в стремление к активному миру.

Развивая торговлю и обмениваясь с Советским Союзом научными и техническими достижениями, демократические страны имеют полное право и поэтому обязаны выставить требования свободного обмена людьми, идеями, информацией и настаивать на соблюдении советским руководством универсальных человеческих прав, закрепленных в документах Организации Объединенных Наций. Выставляя эти элементарные требования, мировая демократия пойдет лишь навстречу желаниям нашего народа и ходу истории, уже поставившей советскую власть перед выбором: вступить на путь демократизации или завести страну в тупик,
так как всю теорию руководители КПСС сводят к догматической формуле о “неизбежности построения коммунизма во всем мире”;
так как всю практику руководители КПСС сводят к закреплению привилегий нового класса партийной бюрократии.

Тем самым руководители КПСС выключают нашу страну из общемирового развития, изолируют ее от миролюбивых государств и создают обстановку, в которой революционный переворот может стать единственным выходом из тупика.

Совет Народно-Трудового Союза (российских солидаристов)

30 сентября 1973 г.

(“Встречи” № 138)

[Съезд Совета НТС 31 января - 5 февраля 1973 г.] [НТС] [Документы НТС] [Резолюции НТС] [Библиотека НТС] [Содержание] [Съезд Совета НТС 1-6 февраля 1974 г.]