II. 4. Лицом к России | НТС. Мысль и дело. Как должна работать организация (1990)

[1. Мы и прошлое России] [НТС] [История НТС] [Документы НТС] [Библиотека НТС] [Оглавление] [5. Третья сила]

4. Лицом к России

Настроения пассивного ожидания хотя и преобладали в эмиграции, но не были единственными. Отдельные эмигранты шли на террористические акты: в 1923 году в Лозанне Конради и Полунин убили полпреда Воровского. Суд над ними превратился в суд над коммунистической диктатурой, их оправдали. В 1927 году 17-летний Борис Коверда в Варшаве убил полпреда Войкова. Для борьбы на советской территории в 1921 году было создано Братство Русской.-Правды (БРП); оно поддерживало партизанскую деятельность, главным образом, в Белоруссии. В 1927 году, в ответ на раскрытие провокации “Треста”, Российский Обще-Воинский Союз (РОВС) - организация белых офицеров - готовил несколько покушений, на советской территории, чтобы “разрушить легенду о неуязвимости власти”. Одно из них (взрыв, партклуба в Ленинграде) удалось, совершившая его группа Виктора Ларионова благополучно вернулась.

В течение первых лет после создания у НТС еще нет собственных путей в Россию, но члены его стремятся к действию. В 1932 году шесть человек, по собственному почину, идут по каналам БРП, через Прибалтику. Все погибают. Руководство Союза договаривается с РОВСом, чтобы использовать его каналы. Летом 1933 года в Россию идут через румынскую границу Петр Ирошников и Михаил Флоровский. Оба попадают в ловушку к чекистам и тоже погибают. Летом 1934 года по каналам РОВСа границу переходит член НТС Г. Е. Прилуцкий; он и напарник его с трудом избегают ловушки и возвращаются в Финляндию.

В сентябре 1932 года вскрывается предательство одного из руководителей БРП А. Кольберга, через которого ОГПУ было осведомлено о работе Братства. С ним работал барон Л. Н. Нольде, создавший из членов БРП группу НТС в Латвии. По уставу 1930 года выборный председатель Отдела в каждой стране автоматически входил в Совет Союза. Чтобы избежать влияния агентуры, группа Нольде была распущена и выборное начало отменено: с 1934 по 1946 год Совет сам определял свой состав. За разоблачением Кольберга последовало разоблачение “Внутренней линии” в РОВСе. Рассказ Прилуцкого и многие другие данные свидетельствовали о предательстве. НТС эти материалы в 1935 году положил на стол руководителям РОВСа. На свою беду они отказались им верить. Лишь похищение председателя РОВСа генерала Миллера в сентябре 1937 года сделало очевидным предательство Скоблина я других деятелей “Внутренней линии”.

Этот опыт заставил НТС отказаться от оперативных связей с любыми эмигрантскими организациями и искать собственных путей в Россию. НТС отмежевывается от “голого активизма” БРП и РОВСа, от низового террора, распространенного в стране в ранние годы сталинщины. В обращении “К новому поколению России” в июне 1933 года НТС говорит: “Бесполезно убивать за тысячу верст от Москвы мелкого партийца или жечь стога сена в совхозах”. Но когда был убит Киров, НТС этот акт одобрил (мысль о том, что к убийству мог быть причастен Сталин, тогда не возникала). “Правда” откликнулась выступлением против “укрывательства подобных бандитов” на Западе (10, 21 и 23 декабря 1934). Литвинов в Женеве заявил Югославии официальный дипломатический протест, его примеру последовал полпред СССР в Болгарии Раскольников. Газета НТС “За Россию” была вынуждена переменить название (“За Новую Россию”, впоследствии “За Родину”). Но потом вся тема об индивидуальных актах сходит на нет: они бессмысленны перед тотальным террором государства.

Ясно, что сам НТС никаких террористических актов не совершил и террористической организацией никогда не был. Ходоков в Россию он посылал, чтобы выяснить психологическую обстановку в стране, увидеть возможности подпольной политической работы и создать опорные точки для организации в России.

В 1935 году по нераскрытым каналам БРП на Дальнем Востоке перешли границу в Маньчжурии Иннокентий Кобылкин, Евлампий Перелядов и Борис Олейников. Они добрались до Москвы, провели там некоторое время, завязали контакты. Потом отправились обратно, пересекая всю Сибирь. Уже у границы их опознал знавший их ранее в Харбине железнодорожник и выдал чекистам. Все трое были в сентябре расстреляны в Иркутске.

В Европе возможность проникновения в Россию открыл начальник русского отдела польского генштаба Ричард Врага. Он же после оккупации Польши налаживал для НТС контакт с польским правительством в изгнании и остался другом Союза на Западе и после войны. Читатель может спросить: а что поляки за эту помощь от НТС хотели? Ответ прост: как антикоммунистов, их тоже интересовала возможность подпольной политической деятельности в сталинской России; как военных, их интересовала техника перехода сталинской “границы на замке”. Вот и все: большего они от НТС получить не могли, поскольку Союз в любой обстановке условием принятия помощи извне ставил: а) сохранение своей политической независимости, б) отказ давать какую-либо информацию разведывательного, а не политического характера.

Переходы в Польше оказались нелегкими. В августе 1938 года пошли три группы. Первая натолкнулась на пограничный патруль. Владимир Бабкин и Софронтий Спица погибли, А.Чупрунов был вынужден вернуться. От второй пошел Константин Гурский и тоже был убит. Лишь третья, в составе Г. С. Околовича и А. Колкова благополучно прошла. Они провели четыре месяца в Советском Союзе, объездили много городов и, изучив обстановку, вернулись. Их опыт послужил подготовке следующих групп под руководством Околовича, возглавившего потом закрытую работу НТС.

Летом 1939 .года пошли девять человек. Первая группа, Василий Дурново и Александр Колков (вторично) и вторая, А.Чупрунов (вторично) и Овчинников, благополучно прошли. В третьей, М. Бржестовский был вынужден вернуться назад, о Баге (Петре) Берегулько сведения противоречивые: по одним, он погиб в перестрелке, по другим, ушел вглубь страны. В четвертой группе Владислав Коняво-Фишер погиб на границе, двое других вынуждены были вернуться: от долгого пребывания в воде, их документы пришли в негодность.

Грянувшая в сентябре 1939 года война прекратила переходы в Польше, но открыла возможности в Румынии, где производился обмен населения в пограничной области. Здесь перешло границу еще десять человек из НТС. Из них, Димитрий Лукницкий погиб при переправе через Прут; Василий Леушин и Владимир Чеботаев были вскоре захвачены в Галиции и Буковине. Машута Дурново и Георгий Казнаков тоже были захвачены через 4 месяца после перехода. Но пяти удалось обосноваться в стране. В итоге, по-видимому, десять человек погибло при переходе или вскоре после перехода границы. Девять начали вторую жизнь, положив начало организации НТС внутри России.

Судьбы их сложились по-разному. Василий Дурново, Евгений Акулов, Димитрий Потапов — по-видимому, были захвачены после войны и попали в лагеря. Александр Колков умер от тифа на Кавказе в 1943 году. Чупрунов был призван в армию, попал в плен, был взят немцами в переводчики, заболел туберкулезом, встретился с НТС в Варшаве, но пропал без вести после эвакуации оттуда санитарным поездом. И. Хлобыстов обосновался в Смоленске, где встретил членов Союза под немецкой оккупацией. По возвращении советских войск он был призван в армию; дошел до Берлина, был оставлен служить в оккупационных частях, оттуда восстановил связь с зарубежным НТС. После демобилизации поселился в Горьком и создал группу Союза, которая была раскрыта через несколько лет в результате доноса. Юрий Рогальский - в нарушение правил - прислал своей знакомой в Югославию открытку из южной России, больше о нем известий не было. Овчинников, Рыжков продолжали жить под чужими фамилиями на нелегальном положении. Сведения о многих - приблизительные и неполные.

Помимо людей, накануне войны в Россию шли и печатные материалы НТС. Для анализа советской печати и производства литературы в 1937 году была создана конспиративная база “Льдина”. На основании заброшенной в страну литературы могли возникать группы, не связанные с зарубежным центром. О раскрытии такой группы НТС в Москве сообщило московское радио 6 декабря 1938 года. Имена восьми состоявших в ней молодых людей остались неизвестными.

Не были ли все эти жертвы за полстолетия до того, как диктатура в самом деле начала рушиться, ненужными? Сроков не было дано знать никому: люди выступали против власти не потому, что им маячил близкий успех, а потому, что лишь такое отношение к большевизму они считали нравственно достойным. Подвиг, - как любой духовный акт, - как молитва, как создание произведения искусства, - не требует практического применения. Он ценен сам по себе, он входит в сокровищницу духовного наследия нации. Понять причины долгожительства НТС можно, помня акты самопожертвования, заложенные в его основу.

[1. Мы и прошлое России] [НТС] [История НТС] [Документы НТС] [Библиотека НТС] [Оглавление] [5. Третья сила]