Главы 4-5 | Часть 1 | Б.Прянишников. Новопоколенцы

[Главы I-III] [НТС] [Библиотека НТС] [История НТС] [Оглавление] [Глава VI]

Глава IV
НСРМ - НСНП В БОЛГАРИИ

Мое первое знакомство с новопоколенцами состоялось в 1924 году в Пернике. В этом небольшом промышленном городке нeдaлеко от Софии работали на каменноугольных рудниках многие сотни белых офицеров, солдат и казаков. Среди них - немало молодых офицеров, выпущенных из военных училищ Русской армии генерала Врангеля. Жили в убогих рабочих казармах и деревянных бараках, питались в рудничных столовых, кормивших грубоватой, но обильной, сытной и здоровой пищей.

В нашем бараке расположилась группа молодых офицеров, выпущенных из Атаманского военного училища, было нас душ шестьдесят. Обстановка была невеселой. Но молодость превозмогала все тяготы, а главное - верилось, что еще не все потеряно, что будут еще бои за Россию.

В нашей среде, конечно, вспоминали гражданскую войну, бои и походы. И не раз многие из нас задавали себе все тот же растравлявший раны вопрос: почему мы проиграли?

Тот же вопрос ставили перед собой и выпущенные из других училищ. Но если в нашей группе не возникло кружка молодежи, то в среде выпущенных из других училищ образовался кружок, его вожаком был В.Р. Шуберт. Это был вдумчивый, серьезный молодой человек, к его мнению прислушивались. Но в своих размышлениях Шуберт не нашел ответов на волновавшие его вопросы, и, к ужасу друзей, покончил жизнь самоубийством.

Эта человеческая драма произвела большое впечатление на молодежь в Пернике. Кружок Шуберта не распался. Наоборот, деятельность его оживилась, и вскоре он стал наиболее многочисленным из подобных ему кружков в Софии и других городах Болгарии. Один из членов перникского кружка предложил мне вступить в его ряды. Но я воздержался, следуя принципу “армия вне политики”. Политика уже интересовала кружок, а я взирал на политику со стороны, хотя ею и интересовался.

В мае 1925 года с большой группой белых воинов я уехал во Францию, и мои связи с кружком оборвались. Изредка доходили сведения о его продолжающейся деятельности, но лишь значительно позже я узнал о развитии дела молодых.

В период с 1924 года до 1929 кружки в городах Болгарии разрослись и окрепли. В них все больше и больше трактовались политические вопросы, и это не прошло мимо внимания начальника III Отдела Русского Обще-Воинского Союза генерала Ф.Ф. Абрамова. Начальник его канцелярии капитан К.А. Фосс отправил председателю Правления Союза национальной молодежи на шахтах Перника капитану И. И. Котлову секретное распоряжение, датированное 26 мая 1929 года:

“По приказанию начальника III Отдела Р. О. В. С. сообщаю, что в силу сложившихся обстоятельств и условий предстоящей работы, пребывание Центра на Пернике не соответствует в настоящее время характеру дальнейшей его деятельности. В силу этих соображений настоятельно прошу о переносе Центра Союза в город Рущук в ведение штабс-капитана Александра Александровича Браунера. Подготовительное руководство по созыву заграничного съезда Молодежи Начальник III Отдела считает целесообразным сохранить за вами, согласуя свою деятельность с таковой штабс-капитана Браунера. П/п Капитан Фосс”.

Подлинный смысл и цели этого документа в то время не были поняты и, конечно, обсуждению и возражениям не подлежали. После съезда, состоявшегося в Велико-Тырново в июле 1929 года, председателем Союза в Болгарии стал А.А. Браунер. 2-3 марта 1930 г. в Софии был проведен второй съезд.

На этом съезде присутствовали делегаты из Софии, Варны, Пловдива, Бургаса, Перника, Велико-Тырнова, Сливена и других городов Болгарии. Прибыли на съезд также делегаты из французских городов Монбара и Гренобля, где образовались группы из членов Союза, переехавших из Болгарии на работы во Франции. Съезд npотекал под знаком верности Белому движению. Произносились патриотические речи, были проведены кое-какие организационные меры в духе указаний, данных Фоссом в секретном распоряжении председателю кружка в Пернике капитану Котлову.

Председателем НСРМ был переизбран А.А. Браунер, с центром в Рущуке. Вскоре, после переезда Браунера в Софию, центр был перенесен в столицу Болгарии. В Софии Браунер поступил на службу в русский отдел Общественной Безопасности, а по линии РОВС-а стал одним из ближайших помощников капитана Фосса. После объединения союзов молодежи на съезде в июле 1930 года Браунер стал членом Совета НСРМ, в 1931 году переименованного в Национальный Союз Нового Поколения. Когда НСНП обзавелся собственной газетой “За Россию”, Браунер стал ее сотрудником, автором обзоров советской жизни.

Немногое сохранила мне память об этом периоде жизни Союза. Но считаю нужным отметить один факт, связанный с деятельностью капитана Фосса. Уже в 1924 году он приступил к вербовке офицеров в тайную организацию, привлекательно названную “Долг Родине”. Организация строилась по принципу тайных троек, начальники к которых знали только своего начальника и двух своих подчиненных. Вербуемых заверяли в патриотических целях борьбы с коммунизмом. Впрочем, было неясно, как эта борьба будет вестись, какие непосредственные цели должны быть поставлены. Не было понятно, почему испытанным в боях воинам следовало приступить к политической деятельности. Не было и официальных распоряжений по РОВС-у о желательности вступления в “Долг Родине”. Получив приглашение вступить в тайную организацию, я и мои друзья решительно от отказались от этого приглашения. Лишь впоследствии я понял, что “Долг Родине” был зародышем тайной организации “Внутренняя линия” сыгравшей вредную и крайне отрицательную роль в жизни РОВС-а и эмиграции вообще.

Глава V
МОЕ ВСТУПЛЕНИЕ В НСНП

С ноября 1925 до января 1938 года я жил в Лионе, большом старинном городе Франции, древнем римском Лугдунум. Телом я был тут, но душой - всегда в России, я унес ее с собой в сердце своем. Каждая новая трагическая весть с Родины волновала и ставила все тот же вопрос: “Что делать?”. Помню, как читая и перечитывая роман В. Лидина Отступник, я впадал в тяжкие сомнения - правильно ли мы, эмигранты, понимаем жизнь в России под игом большевизма, не возникла ли уже опасность нашего отрыва от жизни народа, не окажемся ли мы чужаками по своем возвращении в Россию?

С другой стороны, тягостно было сознание собственного бездействия. Состоя в рядах Русского Обще-Воинского Союза, я пережил уже разочарования в обещанных некоторыми генералами “весенних походах”. Так же не реальными были мечты эмигрантов о самоликвидации построенной в России утопии. Были разочарования в эмигрантских ставках на кого-то и на что-то. Грандиозное наступление коммунистической власти на крестьянство в год “великого перелома”, путем коллективизации сельского хозяйства, я воспринял как доказательство силы коммунистов, силы организованного и вооруженного до зубов меньшинства, дробившего неорганизованную народную стихию. Размышляя, я все больше и больше приходил к мысли о необходимости нового действия, новой организации, способной вести политическую борьбу против большевизма. Но какой точно должна была быть новая организация, я еще не знал, хотя и был наслышан о младороссах, евразийцах, имперцах, новопоколенцах.

В январе 1933 года я впервые побывал на собрании Лионского отделения Национального Союза Нового Поколения. Поначалу мне почему-то в названии организации не понравились слова “новое поколение”. Идучи в кафе на пляс де ля Мэри в Виллербанне, я скептически размышлял - ну, что могут сделать молодые, неопытные в политике люди, пусть искренние в своих порывах и даже готовые на смерть во имя родной страны?

Как сейчас помню это собрание. На нем присутствовало около двадцати пяти человек. Действительно, это была молодежь. Но были люди и постарше, те, что прошли через огонь гражданской войны, в лучшем случае достигшие чина капитана.

Мое внимание сразу же привлекла невысокая, сутуловатая фигура крепко сшитого, пышащего волей и энергией Ростислава Петровича Рончевского. Он вел собрание, докладывая о положении в России, о долге молодых сил эмиграции сплотиться в крупную революционную организацию, ставящую перед собой цель свержения большевистской власти и воссоздания свободной национальной России.

Р.П. Рончевский (1899-1966)

Р.П. Рончевский, участник Белого движения, проделавший с полковником М.Г. Дроздовским поход из Румынии на Дон, а затем воевавший в Добровольческой армии генерала А.И. Деникина и Русской армии генерала П.Н. Врангеля в рядах Дроздовской артиллерийской бригады, по собственной инициативе созвал собрание лионской молодежи 11 декабря 1932 года. В это время его ближайшим помощником был подпоручик Корниловского ударного полка Николай Тимофеевич Альтов. В отделение вступила также группа корниловцев во главе с полковником Семеном Ермиловичем Киреевым. Таким образом, отделение было в значительной степени военным, хотя в нем было немало молодых людей, подросших уже в эмиграции.

Мне уже приходилось не раз встречаться с Рончевским, но в другой обстановке - на балах лионского отдела Общества Галлиполийцев, на собраниях Русского Эмигрантского Комитета. Несколько сумрачный и вечно чем-то озабоченный, он тогда не привлек к себе моего внимания и расположения. Но, слушая его на этом памятном для меня собрании, я невольно заразился его верой в возможности молодых сил эмиграции. И впрямь, почему не могут молодые, свободные от ошибок отцов, свободные от психоза понесенных старшим поколением поражений, взять на себя великую освободительную миссию?

Домой я возвращался в приподнятом настроении. Хотя я и уклонился от прямого ответа на вопрос о моем вступлении в НСНП, заданный одной молодой дамой, но в душе решение было принято именно в этот памятный вечер. Правда, нужно было еще подумать, прежде чем принять решение. На размышления ушло две недели. В феврале 1933 года я подал заявление и стал членом-сотрудником НСНП. Радостно я вступил на путь борьбы, иным стал смысл моей жизни и деятельности в эмиграции.

Группа членов Лионского отделения НСНП. В центре председатель НСНП герцог С.Н. Лейхтенбергский и председатель Лионского отделения Р.П. Рончевский

Я с головой окунулся в жизнь молодой, развивавшейся организации. И тут, к собственному удивлению, обнаружил, что проведенные в вынужденном бездействии первые годы эмиграции были для меня не бесплодными. Внимательно следя за жизнью подъяремной России, с жадностью читая эмигрантские газеты, мемуары бывших политиков и генералов и вышедшие в СССР книги, я почувствовал себя достаточно политически грамотным для того, чтобы сделать свои первые политические шаги. С большим интересом я читал книги по земельному вопросу, в условиях “великого перелома” 1928 года особенно важному. Не прошло и трех месяцев после моего вступления в Союз, как я выступил с моим первым докладом о земельном вопросе в России и возможностях его решения в пользу свободных земледельцев. Доклад был удачным, аудитория слушала внимательно, интересны были и прения, в которых принял участие Николай Никандрович Блюммер, седовласый адвокат, лионский общественный деятель, друг Союза из старшего поколения.

Примерно в июне того же 1933 года правление Лионского отделения кооптировало меня в свой состав. Дел прибавилось, но каждое новое увеличение объема работы придавало и новой энергии. “Нужно сделать” стало императивом, помогавшим преодолевать усталость, ведь занимались мы делами Союза в вечерние часы, свободные от работ на фабриках и службы в учреждениях.

Главное свое внимание правление обращало на развитие внутренней работы в отделении: политическое самообразование членов с целью подготовки “офицеров национальной революции”.

Заранее вырабатывалось расписание докладов в соответствии с теми требованиями, которые предъявлялись членам центром Союза в Белграде. Политическое самообразование включало в себя курс национально-политической подготовки, курс изучения СССР, техническую подготовку, курсы журналистики и публицистики, курс ораторского искусства. В начале 30-х годов центр в Белграде выпускал конспекты по различным темам. Поначалу эти конспекты были далеки от совершенства, но все же они были достаточно хороши для расширения кругозора членов Союза.

К 1934 году были выпущены в Белграде следующие конспекты:
1. Ошибки эмиграции, настоящее ее положение и наш долг.
2. Значение идей и сильных личностей в истории.
3. Социализм.
4. Национализм.
5. Либерализм.
6. Идеализм и материализм.
7. Земельный вопрос.
8. Рабочий вопрос.
9. Кооперация.
10. Украинский вопрос.
11. История революционных и общественных движений до 1917 года.
12. Революция 1917 года.
13. Октябрьский переворот и борьба с большевиками.
14. История коммунистической власти.
15. Административное устройство СССР.
16. Наша идеология - наши задачи.

Кроме того были изданы дополнительные пособия:
1. Руководство по прохождению курса политической подготовки.
2. Руководство по прохождению курса умения говорить.
3. Тактика боя в городе.
4. Список книг по национально-политической подготовке.
5. Как хранить тайну.

Самым коротким, но весьма важным был конспект “Как хранить тайну”. Учитывая активность советской агентуры в среде эмиграции, центр Союза рекомендовал и полезное чтение на тему о провокации. В числе пособий особой популярностью пользовались исторический роман Романа Гуля Генерал БО, вышедший в берлинском издательстве “Петрополис” в 1929 году, и книга Бориса Николаевского История одного предателя, описывавшие деятельность знаменитого провокатора Евно Азефа.

Вообще правление отделения отдавало себе отчет в опасности большевистской провокации в рядах еще не окрепшей молодой организации. Уроки “Треста”, в течение нескольких лет сбивавшего с толку Боевую организацию генерала А.П. Кутепова и несколько иностранных разведок, нами были поняты достаточно хорошо.

Уделялось внимание воспитанию воли и веры в свои силы. Конспект “Значение идей и сильных личностей в истории”, несмотря на свою краткость, давал ясное представление о затронутой теме. Пользуясь другими источниками, докладчики дополняли своими сообщениями сведения, изложенные в конспекте. Работа ладилась, члены Союза расширяли свои познания, наиболее способные становились постоянными докладчиками, специализируясь в избранной области.

[Главы I-III] [НТС] [Библиотека НТС] [История НТС] [Оглавление] [Глава VI]